Отдаться ректору или умереть  - Анна Мичи

Я шла по тротуару, всей грудью вдыхая городской воздух – с примесями выхлопных газов, с запахом выпечки из пекарни за углом; словно музыку, слушала гул моторов, звяканье трамваев и даже матерщину двух подвыпивших мужичков у киоска с квасом. Дома, наконец-то дома! Как ни прекрасен был тот мир с величественными замками, девственными лесами и чудесными магическими штуками, все-таки мой дом здесь.

Впрочем, если говорить о магических штуках, нельзя сказать, что все они остались в том мире. Кое-что перенеслось сюда вместе со мной. Я воровато огляделась по сторонам.

Паренёк замешкался на светофоре, отвечая на телефонный звонок, и тут же внезапно налетевший ветер сорвал бейсболку у него с головы и потащил её по тротуару. Паренёк смешно взмахнул руками и, забыв о разговоре и о том, что собирался ступить на «зебру», полетел догонять беглый головной убор.

Я тихонько рассмеялась. Так ему! Не будет болтать по телефону, когда переходит улицу.

Внутри пузырьками шампанского бурлила остаточная магия.

– Это очень опасно, сейчас же прекрати, – буркнул мне на ухо Ренмар. – В твоем мире магия не принята. Вдруг кто-то заметит? Это будет выглядеть подозрительно.

Ну конечно! Напрасно я думала, что можно шалить безнаказанно… За мной присматривают! Когда мой муж включает режим «строгий ректор», он просто неотразим. Меня так и подмывает спросить: «И что же теперь, я буду наказана?» – и посмотреть, как темнеют его глаза и учащается дыхание. Но делать это посреди города все-таки жестоко. Поэтому я говорю совершенно другое:

– Ты ещё только две недели как женатый человек. Когда ты успел стать таким занудой?

– А ты слишком беспечна! – говорит он строго, обхватывает меня за талию и притягивает к себе. И уже совсем другим, хриплым голосом добавляет: – А еще ты очень голая!

Блеск в его глазах становится чересчур плотоядным… Да уж, а я наивно предполагала, что, если не буду его провоцировать, мы хоть недолго побудем чинным и благородным семейством. Без глупостей.

Очень голая… Вот же феодал! На мне топик и короткая юбка. На улице жара! Конечно, по сравнению с серым платьем, которое я была вынуждена носить в академии, этот наряд… ну, пожалуй, и правда несколько открытый. Но уж точно я не голая!

Идею провести свадебное путешествие в моем мире мой любимый супруг сначала воспринял в штыки. Даже слушать не хотел! Но он опрометчиво пообещал мне любой подарок, так что все остальное было лишь делом времени.

В принципе, путь в мой мир уже давно был найден, переместить домой меня и вернуть обратно не составляло особого труда. С тем, что приходится стоять в чем мать родила и мерзнуть, в то время как иголки колют куда ни попадя, я уже смирилась… А раз я это терпела – вытерпит и он, верно же? Но вставать в центр ритуального круга Ренмару не очень хотелось. И тут я его понимала. Одно дело – самому управлять ритуалом, и совсем другое – доверить свое бренное тело кому-то ещё.

Но вскоре он сдался. Уж не знаю, что повлияло на это больше: мои уговоры долгими ночами или его собственное любопытство, которое я старательно подогревала рассказами, но уже неделю мы здесь.

Нам повезло. Когда мы голышом материализовались в моей комнате, дома никого не было. Представляю, что было бы, если б мы материализовались из ниоткуда прямо на глазах у родителей. Или у братишки… Но боги удачи были на нашей стороне: я даже успела обрядить Ренмара в старые «дачные» вещи отца! Мы выскользнули из дому и отправились за покупками.

Мои родители вполне удовлетворились объяснением, что мой жених иностранец и бизнесмен. А сам «иностранец и бизнесмен» поначалу с таким интересом и удивлением рассматривал кухонную плиту, телевизор и стиральную машинку, словно он не из-за границы приехал, а с луны свалился.

И теперь мы каждый день словно на экскурсию ходили по городу. Больше всего моего супруга восхитил кинематограф, так что кино – обязательная часть экскурсионной программы. В особо удачные дни мы успеваем посмотреть по три-четыре фильма. Причем Ренмару совершенно безразлично, что там идет, мультфильм или кровавый боевик, самое главное, чтобы было 3Д. По-моему, он строит очередные планы по тому, как потрясти его собственный мир новым невероятным изобретением…

Сгущаются тучки, и одна-единственная, но очень крупная капля падает Ренмару на макушку.

– – Я не голая! А ты сейчас станешь мокрым!

Новая капля падает ему на нос.

– Сдаюсь! – со смехом признает он. – Ты совершенно одета! Только давай пойдем быстрее… Мы опоздаем на сеанс!

– Ну и что, пойдем на следующий… – Я точно знаю, что не опоздаем, но это же такое удовольствие – поддразнить любимого мужа.

– Нужно успеть на этот!

Так, перебрасываясь репликами, мы добежали до кинотеатра – и успели вовремя. Наши билеты – на последний ряд. Зал почти пуст: мало кто ходит в кино в будни, да еще и в обеденное время.

Свет погас, и фильм начался. На этот раз у нас в программе романтический фильм… Ну и отлично, хоть не ужасы! Я уже успела увлечься историей, когда почувствовала легкое касание в районе коленки. Вздрогнула, но его руку не убрала.

Горячая ладонь скользнула вверх по ноге, чтобы нырнуть под юбку. Еще одно движение, и мое дыхание сбивается – сильные пальцы уже нежно поглаживают тонкую шелковую ткань трусиков. Сперва осторожно касаются, словно он ждет, не будет ли сопротивления, а потом уже проходятся по-хозяйски, уверенно.

В прохладном зале кинотеатра меня бросает в жар. Горячая волна удовольствия прокатывается по всему телу и скапливается внизу живота.

– Не здесь же… – шепчу я прерывисто. Напрасно, потому что Ренмар продолжает ласкать меня, и против желания с моих губ тут же срывается негромкий стон. Надеюсь, что никто, кроме мужа, меня не услышит…

В следующий миг, словно запоздалая попытка запечатать мне рот, Ренмар целует меня. Целует так же жадно и требовательно, как в тот первый раз… Я отвечаю, оставив попытки сопротивления. Хватаю Ренмара за шею и сама притягиваю к себе.

И тут вокруг нас сгущается тьма. Что это, мне показалось? Да нет же! Серое заклинание! Лицемер! А кто меня только что отчитывал за применение магии? И сам же!..

Но разозлиться всерьез у меня не получается, потому что в эту секунду его пальцы мягко, но уверенно скользят под шелковую ткань, и мне приходится закусить губу, чтобы не застонать ещё громче. Острое, почти болезненное удовольствие разливается колкими мурашками. Ренмар наклоняется ко мне, легонько прикусывает мочку уха и шепчет, опаляя меня дыханием: